ВОЗВРАЩЕНИЕ ЭСКАДРЫ
Челябинскому педагогу Тамаре Константиновне Никифоровой в начале 70-х годов поручили руководить 5«б» классом, считавшимся наиболее трудным в школе № 10; одних неуспевающих в нем значилось 13 человек. В начале ребята проявили равнодушие к новой учительнице, но, узнав, что она в 1941 году добровольцем ушла на фронт и служила санинструктором дивизиона сторожевых кораблей на Черном море, стали слушать ее затаив дыхание. А Тамара Константиновна вместо обычных нравоучений и призывов не хулиганить и хорошо учиться предложила ребятам создать клуб «Юнга» и жить по законам морского братства. Всем ребятам сшили морскую форму и договорились помогать друг другу, всегда говорить только правду, а в случае получения двойки снимать матросский воротничок и не надевать его до исправления плохой отметки.
Прошло немного времени, и ребят словно подменили. Класс достиг стопроцентного уровня успеваемости, чему удивлялись педагоги, удивлялись родители. А в морской 5«б» класс, составлявший пионерский отряд имени Нахимова, входивший в пионерскую дружину имени подводной лодки «Челябинский комсомолец», раз в неделю приходил из райкома ДОСААФ опытный моряк П.А. Ударцев. Он обучал ребят морскому делу, знакомил с корабельной службой, помогал познать азбуку Морзе, флажковый семафор, учил вязать морские узлы, а летом проводил шлюпочные занятия. Класс часто посещали моряки-североморцы с подшефной подводной лодки и информировали юнгов о новостях флота. Но самые интересные эпизоды из жизни моряков рассказывала ребятам Тамара Константиновна. Один из ее рассказов, восстановленный по памяти, приводится ниже.
«Освобожденный Севастополь лежал в развалинах. Его жители, пережившие кошмар оккупации, разбирали завалы, расчищали и подметали улицы. Одновременно не менее напряженная работа проводилась в прибрежной полосе моря. Тральщики тралили акваторию бухты, освобождая ее от мин, а водолазы с этой же целью спускались под воду. Все, испытывая величайшее волнение, готовились к возвращению кораблей Черноморского флота на свою главную базу. И лишь волны морского прибоя, как много-много столетий назад, накатывались на песчаный берег, с шумом отступали назад и вновь устремлялись к нему. Чайки по-хозяйски, гордо расправив крылья, пролетали над бухтой, иногда вдруг взмывали вверх, выделывали головокружительные кренделя и кричали, как сумасшедшие.
В указанный день и час люди собирались на берегу у памятника Нахимову, переполняли 6-ю Бастионную улицу, Приморский бульвар, с нетерпением всматривались вдаль. И вот, наконец, на горизонте показалась маленькая точка, она быстро возрастала на фоне голубого неба и голубого моря. Вскоре можно было различить мачты кораблей. Это шла Черноморская эскадра. Впереди линкор «Севастополь» под советским военно-морским флагом. За ним шли крейсеры «Ворошилов», «Молотов», «Красный Крым» и «Красный Кавказ». А за крейсерами – миноносцы, эсминцы, подлодки, морские охотники, торпедные катера, тральщики и вспомогательные суда флота. Все они выстроились в бухте по рангам перед зданием штаба флота и, встав на якоря, неделю готовились к параду по случаю возвращения эскадры в Севастополь. Моряки приводили в порядок, драили, красили свои детища, старались, вкладывали в работу душу поэтому в день парада корабли, украшенные флагами расцвечивания и электрогирляндами, смотрелись прекрасно. Командующий Черноморским флотом на катере проходил вдоль кораблей. Матросы в парадной форме, стоявшие в стройных шеренгах на палубах, отвечали на приветствие адмирала громким «ура». Играли духовые оркестры, гремели залпы орудийных салютов.
А потом начался парад на суше. В первой колонне шли офицеры флота – участники обороны Севастополя, все в орденах. Меня никто не переубедит в том, что кто-то может пройти на параде лучше тех моряков. Восторг, слезы радости переполняли в тот миг глаза севастопольцев. Завершала парад колонна истинных чернорабочих Черного моря – морских пехотинцев. Впереди ее матрос ростом под два метра нес флаг Военно-морского флота – белое полотнище с голубой полосой и звездой с серпом и молотом красного цвета. А как он его нес! С какой гордостью! Какое у него было выражение глаз! На груди блестели награды. Моряки, чеканя шаг, как бы выбивали из мостовой слова: «Моя – земля, моя – земля». Море цветов летело им под ноги и крики: «Спасибо вам, сыночки!» Тот, кто видел все это, не мог не испытать чувство радости и гордости и навсегда остался патриотом своей земли, своей Родины.
После парада в Севастополе начались массовые гулянья. На кораблях состоялись банкеты. Вечером почерневшее небо украсили разноцветные россыпи фейерверка. Всюду звучали музыка, песни и стихи.
Сверкают под солнцем широкие дали.
В бою заслужили мы славу свою,
Сказали: вернемся, и слово сдержали.
Встречай, Севастополь, морскую семью.
Счастливый народ выбегает на взморье.
Веселая чайка летит над волной.
Встречай, Севастополь, орлов черноморья,
Навеки прославивших город родной».
Вспоминая о своем 5«б», Тамара Константиновна с гордостью рассказывает, как в торжественной обстановке у памятника «Орленок» в Челябинске всем ее ребятам вручили знаки «Юный моряк СССР» и «Матрос 3-й категории». После окончания школы три ученика морского класса поступили учиться в техникумы, а все остальные – в высшие учебные заведения.
Она бережно хранит письма и поздравительные открытки своих бывших учеников, рассказывает о неожиданных и трогательных встречах с ними в последующие годы. В ее комнате хранится много морских реликвий: кораллы, раковины, на стене висит картина Айвазовского «Перед бурей», подаренная мужу – флотскому офицеру Георгию Родионовичу, занимавшему должность военпреда на одном из заводов Челябинска. А у окна располагается попугай Рао – это уже реликвия сына Сергея. Сергей учился в 109-й школе, затем окончил Челябинский медицинский институт, работал в Муслюмовском районе, а потом уехал в Новороссийск и стал трудиться судовым врачом на танкере «Гданьск». Однажды в Атлантическом океане на танкере получили сигнал SOS, требовался врач на кубинское судно. Сергей без промедления пошел на помощь, провел в море сложную операцию и спас жизнь моряку. А через месяц, когда «Гданьск» пришвартовался на Кубе, к его трапу подошла толпа людей в национальных костюмах и попросила разрешение встретиться с доктором Никифоровым. Толпа эта оказалась семьей того самого моряка, которого оперировал Сергей. Кубинцы благодарили советского врача, а затем самый пожилой из них с красивой птицей в руках обратился к нему со словами: «Вот этого попугая зовут Рао, он прожил в нашей семье сто лет. Мы дарим его вам за спасение нашего внука». Теперь Рао уже 130 лет, он почти ослеп. Тамара Константиновна кормит его из рук и ухаживает, как за ребенком.
О другой реликвии сына она вспоминает с содроганием. Показывая чучело детеныша акулы, рассказывает, как Сергей с товарищами во время якорной стоянки отошел от «Гданьска» на шлюпке и нырнул в воду, чтоб достать раковину со дна морского. Вдруг мелькнула зловещая тень, и он увидел огромную акулу, сделавшую вокруг него первый круг. Как ему удалось вынырнуть и оказаться в шлюпке, Сергей помнит плохо. А следом за ним на поверхность всплыл труп морского хищника. Спасло Сергея чудо. Проплывавшие мимо дельфины напали на акулу и распороли ей брюхо. Когда ее подняли на палубу и стали потрошить, то в животе обнаружили детеныша длиною в 63 сантиметра. Чучело его теперь хранится в Челябинске у Никифоровых.
В настоящее время Тамара Константиновна на пенсии, с увлечением занимается садоводством, участвует в работе совета ветеранов ВМФ. «Мы с дедом жизнь не зря прожили, – сказала она в заключение беседы. – У нас замечательные дети и внуки. С приходом так называемых реформаторов они не бросились в торговлю, им чуждо накопительство. Дочь Наташа, окончив десятую школу и медицинский институт, работает врачом в областной больнице. Внучка Катя, окончившая эту же школу и педагогический институт, стала преподавателем иностранного языка. Внучка Маша окончила школу с медалью и поступила учиться в Медицинскую академию. У сына Сергея тоже двое детей. Дочь Ирина окончила университет, а Сергей Сергеевич – наш пока единственный внук, поступил учиться в Суворовское училище. То есть традиции нашей семьи – служить Родине и служить людям – продолжаются. Ну а что касается меня, то я только что возвратилась из госпиталя. Своему лечащему врачу сказала: «Давайте мне любые таблетки, я съем хоть какую гадость, но только чтоб 60-летие Победы я смогла встретить, как полагается, в надлежащей форме».
Попов, Л. А. Годы, опалённые войной. Кн.3 / Л. А. Попов. – Челябинск, 2005. – С. 100-104.